Екатерина Крушинская, Екатеринбург (Россия)

ЙОГА-МАЁВКА В КРЫМУ

В один из самых сложных периодов моей тридцатидвухлетней жизни обстоятельства вытолкнули меня в Крым на недельный йога-семинар Анатолия Зенченко, для большего, вероятно, задора названный организаторами «йога-маёвкой». Как раз в тот момент, когда количество моих собственных неправильных мыслей, действий и неадекватных состояний достигло критической точки, и накопленная за всю жизнь чаша грозила опрокинуться и придавить меня под собой, — мне опять повезло. Именно у Зенченко я, наконец, получила в руки эффективный инструмент, позволяющий без лишних заигрываний и романтизма разделаться с собственной дурью.

Работая с телом и дыханием, оставив за скобками напыщенные рассуждения о тонких телах и космических энергиях, я неожиданно отметила, как вслед за физикой подтягивается и «лирика» — внезапно приходит осознание простых вещей и тех своих ошибок и заблуждений, от которых я старалась избавиться много лет путём психологии и умствований.

Плюс – само нахождение в йога-потоке в течение недели, общение с единомышленниками, пять часов ежедневной практики, лекции Толика о сути йоги и задушевные разговоры с новыми друзьями о смысле жизни – всё это, как выяснилось, колоссально «вправляет мозги».

Несправедливо, однако, наотмашь перечёркивать все мои предыдущие попытки двигаться по Пути – если брать по большому счёту, то с йогой я познакомилась более 15-ти лет назад, ещё учась в школе. Мне тогда попалась в руки задрипанная самиздатовская книжка с простейшим комплексом из сарвангасаны, халасаны и шавасаны. С тех пор я совершала несколько попыток взобраться на эту гору с разных сторон (йога долгое время представлялась мне именно неприступной горой, а процесс её освоения – отчаянным штурмом). Интенсивность моих занятий то нарастала, то снижалась, я пробовала примкнуть к разным группам и йога-центрам, всё искала «своего» учителя и наконец в последние два года пришла к регулярной ежеутренней домашней практике, так сказать, для поддержания здоровья.

Однако, только сейчас мне стало ясно, что прежде я заходила в йогу не с той стороны: скрипя зубами от напряжения, я штурмовала как раз таки не физкультурный её аспект, а метафизический. Отчаянно пыхтя, я искала у себя «чакры», прислушивалась к «состоянию здоровья тонких тел» и силилась ощутить в теле поток праны с апаной. Встречавшиеся на моём пути учителя как нельзя лучше способствовали такому подходу, а я сама лишь подстёгивала такой практикой своё эго и чувство собственной исключительности.

И вдруг – такой простой и бесхитростный Зенченко, который говорит о косых и портняжных мышцах, использует незнакомый термин «крепотура» и постоянно шутит по поводу мула-бандхи. В один из первых же дней я его спросила: «Толик, ну почему ты не показываешь нам мудры, ведь с ними асана выглядит такой красивой?» Мы шли по берегу моря, он смеясь, пинал ногой песок и отвечал мне: «какой смысл в резных наличниках на окна, если мы с вами ещё даже не заложили фундамент в основание здания? Можно сколько угодно заниматься украшательством, но от этого вы не станете лучше работать с асаной». Меня такой ответ просто обескуражил – все учителя, с которыми я встречалась до этого, считали мудры едва ли не основным атрибутом практики, а тут – такое поверхностное отношение.

Впрочем, в процессе семинара я поняла, что отношение-то у него как раз не поверхностное, а наоборот. На одном из занятий кто-то из группы задал ему вопрос про чакры – мол, почему мы не уделяем им внимания и вообще мало говорим о нематериальной составляющей йоги? И опять-таки, смеясь, Толик отшутился в том духе, что рассказывать нам сейчас о чакрах равносильно тому, что говорить о летающих тарелках и зелёных человечках, которых мы никогда не видели:

«По большому счёту всё эта романтика, — сказал Толик. – Люди начитались всяких книжек, им хочется выглядеть большими, сильными и умными, и они бросаются умными словами. У себя на занятиях такие мастера стараются за счёт этой романтики создать мотивацию для занимающихся, окружить свою практику неким потусторонним ореолом: «а сейчас давайте-ка интенсивно подышим и подключимся к Марсу. Давайте-давайте! Подключайтесь активней!..» — ну это всё несерьёзно на таком примитивном уровне… Конечно же, есть чакры. Но это актуально для тех, кто их ощущает. Одно дело, когда сознание человека расширено до пределов восприятия тонкого тела, и он может с этим работать и это чувствовать. И другое дело, когда мы не можем работать даже с таким реальным предметом, как наша попа – мы не можем оторвать её от пола. Ну какие чакры в таком случае? Оттого, что мы о них порассуждаем, наша попа от пола всё равно не оторвётся до тех пор, пока мы не проработаем как следует своё тело на уровне асан, на уровне бандх… Я допускаю, что некоторым людям все эти рассуждения, наверное, нужны как способ самореализации: «вот я занимаюсь йогой, я такой особенный, у меня чакры есть, а у них нету»…»

От физики – к лирике

Итак, вот что я поняла. Первая чакра не зря находится в основании позвоночника и называется первой – именно с неё начинается движение энергии. Мы движемся от телесного – к нематериальному, от физкультуры – к осознанной физкультуре, потом – к дыхательным практикам и уж затем добираемся до медитаций и других форм работы с сознанием. Но, начиная с физического уровня, мы не тратим время на стоны и саможаление – работать, так работать!

Иногда в процессе занятий, ближе к концу, некоторые бойцы из нашей группы (и я – в их числе) бессильно валились на коврик со стоном: «Толик, ну сколько можно? Мы устали, мы хотим в столовую, дай нам шавасану…» Но Зенченко в такие моменты непреклонен: «Стоим! Держим! Я не давал команду ложиться!»

Домохозяйка с трёхлетним стажем, привыкшая к нежному обращению, избалованная романтически-расслабленной йогой, я взмолилась в один из моментов: «Толя, но это просто анти-ахимса какая-то! Разве такой силовой подход не противоречит основному принципу йоги – «ненасилию»?!»

И снова он отвечал, смеясь:

«Нет, не противоречит! Это я ещё стал гораздо более мягким с годами! Но если серьёзно – человек не может стоять на месте. Вы либо развиваетесь, либо деградируете. А рассуждения о том, что можно заниматься чем-то время от времени, в расслабленном режиме и только для поддержания формы – это всё спекуляции. После таких вот занятий «по поддержанию формы» я уверен, человек не сделает и половины из того, что он делал, когда занимался усердно и регулярно. В йоге очень важно усердие. И я обращаюсь с вами как с усердными учениками. И потом – я достаточно уделяю внимания вопросам травмобезопасности, в ходе занятий предусмотрены компенсации, чтобы ничего нигде не болело на следующий день».

Кстати, именно это удивляло меня больше всего в первые дни – под вечер у меня дрожали руки и ноги, и мне казалось, что после таких интенсивных тренировок я уж точно буду лежать пластом несколько дней. Но наутро – нигде ничего!

Йоги в тумане

Усердию в практике способствовала и суровая погода. Крым встретил нас неприветливо. На первые числа мая пришлась промозглая погода, и солнышко проглядывало редко. Природа успела за эти дни показаться нам во всей своей красе: в первые два дня моросил ледяной дождик, а когда он закончился, подул резкий ветер, сдувавший коврики (во время занятий их приходилось прижимать к земле посторонними предметами). Солнце успело погреть йогов совсем недолго, изредка проглядывая сквозь облака (этого, однако, хватило – у меня успел обгореть нос). А последняя тренировка вообще была какой-то потусторонней (хоть Толик и не любит без нужды использовать такие слова)…

Утром 7 мая мы расположились на футбольном поле неподалёку от пансионата – за неделю местные жители, наверное, уже успели привыкнуть к тому, что каждое утро в 8 часов 40 йогов рассаживаются полукругом на своих ковриках и начинают заворачиваться в причудливые позы. Хотя первое время зеваки показывали пальцами, свистели, улюлюкали и даже фотографировали с интересных ракурсов девушек, стоящих в собаке мордой вниз. А на одной из вечерних тренировок йогов бомбардировали мячом разминавшиеся рядом футболисты. Но настоящим йогам всё нипочём – практика прежде всего!

Итак, в последнее наше крымское утро, точнее, в первые полчаса утренней тренировки, нас припекало чудное солнышко, мы спокойно беседовали о бандхах, задержках дыхания и прочих практических тонкостях. Однако, под конец нашей предварительной часовой беседы небо начало опускаться на землю – сначала лохматые облака зацепились за верхушки ближайших гор, затем спустились по склонам и наконец плотное облако совсем закутало йогов. Едва различимые в тумане, йоги ёжились и зябко кутались в пледы (их мы предусмотрительно захватывали с собой с первого же дня занятий – очень уж непредсказуемой была погода). Кто-то пошутил – «йожики в тумане!»…

Удивляясь вместе с нами этому чуду природы, любуясь парящими в воздухе мельчайшими капельками воды, Толик, тем не менее, не забывал возвращать наше внимание к внутреннему и напоминать нам о том, как важно быть собранным. В прямом и переносном смысле этого слова:

«Мула-бандха, уддияна-бандха и джалландхара-бандха – это узловые точки, точки координаторы. Когда мы подтягиваем бандхи, как бы погружаемся в тело изнутри и вдруг начинаем чувствовать, как оно работает на уровне связочного аппарата. Мула-бандха отстраивает взаимодействие корпуса и ног. С уддияна-бандхой мы получаем возможность правильно располагать таз относительно грудной клетки, что позволяет гармонично выстроить и положение позвоночника и внутренних органов. Джалландхара-бандха – шейный замок – это способ гармонично отстроить взаимодействие грудной клетки с руками и головой. Этот замок критически важен в тех асанах, где руки и голова используются как опора. Если мы оставим ноги и руки в покое и вернёмся только к туловищу, это важно, например, когда мы дышим пранаяму: основной инструмент, дающий цельность нашего тела, это позвоночник. Все три бандхи – это нечто единое. И ощущение этого единства, этой вертикали даёт нам внутреннюю целостность, которая приводит к внешней расслабленности. Мы можем быть мягкими. Особенно, если положение тела статично».

Когда я слушаю Толика, у меня складывается впечатление, что передо мной учитель физики и геометрии в одном лице. Его объяснения просты и понятны, они лишены ненужно лиричности – всё начинается с усердной работы с телом. Подтянув бандхи, отстроив позвоночник, мы приступаем к практике. Мы сосредотачиваемся на ощущении внутренней целостности, оставаясь спокойными и уравновешенными в любой асане… Постепенно это чувство уравновешенности и спокойствия разливается дальше, переставая быть только телесным ощущением – а становясь уже неотъемлемым свойством сознания: сосредоточенного и вместе с тем расслабленного.

Точка невозврата

На обратной дороге к поезду в Симферополь мне опять повезло – я оказалась в одной машине с Толиком и, конечно, не упустила возможности задать учителю ещё несколько самых важных для меня вопросов.:

— Как я поняла из твоих реплик по ходу занятий, в какой-то момент, как ты считаешь, количество переходит в качество, и йога начинает способствовать боле утончённому продвижению, чем физическая работа, туловищем, да?

— Да.

— На этом пути есть ли какие-то точки невозврата, когда ты можешь прервать практику, сказав: «всё, хватит, я наигрался и пойду тягать железо в тренажёрном зале так сказать для поддержания формы»…

— Человек вправе делать всё, что угодно, и даже спустить свою жизнь в унитаз. Но наверное точка невозврата – это та точка, когда он пришёл в йогу и начал что-то делать. Потому что после этого всё, чем бы он ни занимался, он всё равно будет развиваться. Это точка невозврата в том плане, что так или иначе ты будешь что-то делать.

— Ты ещё говорил, что мы либо развиваемся, либо деградируем. В таком случае, с каждым днём человек должен всё более старательно развиваться?

— Как умеет, да. Это всё условно, субъективно – «старательно — не старательно». Кто-то делает очень много, и при этом этого недостаточно, а кто-то делает чуть-чуть – и этого одного уже выше крыши для его развития. Всё субъективно.

— От чего это зависит? Кому-то достаточно каждое утро делать по 12 кругов Сурья Намаскр, чтобы жизнь его волшебным образом менялась, а кому-то необходимо для этого три часа ежедневной упорной практики….

— Наверное, от статуса. Все мы имеем две ручки, две ножки, но при этом мы все – личности с разным статусом.

— В смысле? Поясни? Не социальный же статус ты имеешь в виду.

— Нет, конечно не социальный. Я имею в виду, что все мы души с разным статусом. Есть такое понятие – «зрелость души». Вот это определяет всё. есть люди, которых никто никогда ничему не учил, но они при этом что-то знают, что-то умеют и это определяет их индивидуальность.

— Знают из прошлых жизней?

— Дальше это уже просто игра слов – из прошлых жизней, или там, что-то ещё. Не хотелось бы сейчас углубляться в эти идеи о прошлой жизни…

— Кстати, да! Я заметила, что ты вообще скептически относишься к этим, как ты говоришь, «нематериальным вещам». Например, этот твой материалистический пассаж про чакры на последнем занятии…

— Ты неправильно поняла. Я наоборот, слишком трепетно к этому отношусь, чтобы упоминать это всуе. Мне просто не нравится ситуация, когда люди, не зная, о чём они говорят, бросаются красивыми словами.

— Но если всё-таки возвращаться к разговору о чакрах, то я поняла, что на нашем уровне все такие рассуждения равносильны байкам про зелёных человечков.

— Это неактуально, конечно же.

— Это момент, который, как я понимаю, человек, занимаясь упорно практикой на физическом уровне, вдруг начинает это в себе понимать.

— Просто есть определённые практики, которые работают непосредственно с энергиями, где энергия используется как инструмент развития сознания.

— Как отследить этот момент, как понять, что ты уже готов к работе с энергиями?

— Тут не нужно ничего понимать – просто, когда тебе становится интересно, ты ищешь и ты находишь и начинаешь практиковать.

Итак, я приехала домой полная решимости усердно практиковать в ежедневном режиме (чем собственно я и занималась на протяжении нескольких лет). Теперь разница лишь в том, что понимаю: прежде это была лишь «игра в мудры» и отстройка внешних красивостей. Не сказать, что я сразу отказалась от мудр – но внешняя форма перестала быть для меня самоцелью. Пришло некое йогическое успокоение: всё идёт своим чередом, не нужно напрягаться, когда придёт – тогда придёт. Парадокс в том, что моя личная ежедневная практика стала намного интенсивнее: если раньше я валилась в шавасану без сил уже после шести кругов Сурья Намаскар, считая утренний комплекс законченным, то теперь после двенадцати кругов я в течение ещё примерно получаса осваиваю асаны с четвёртого диска последовательностей. И , как говорил Толик, «дышим и не забываем улыбаться!» — практика даётся легче. Наверное, потому, что мысленно я остаюсь расслабленной и не привязываюсь к результату.

История из жизни

В качестве постскриптума можно добавить, что изменения в моей внешней жизни начались сразу же, едва я успела вернуться с семинара. На следующий же день мне позвонила моя давняя знакомая (как выяснилось, теперь она – директор нового спортивного центра). Позвонила совсем по другому поводу, вовсе не зная о моих йога-достижениях последнего времени. Мы не виделись много месяцев, на есть что обсудить… Слово – за слово, о семье, детях, общих знакомых… Под конец разговора я поделилась с ней своим вдохновением от семинара Зенченко и намерением где-нибудь в отдалённом будущем заняться йогой профессионально — «Слушай, а мы как раз ищем инструктора по йоге, – ответила моя собеседница. — Не хочешь пойти к нам работать?».

Уезжая из Крыма, я лишь начинала робко задумываться о том, что неплохо было бы пройти у Толика ещё и обучающий курс для преподавателей, подумывая оставить журналистику и книгописательство в качестве приятных средств реализации. Теперь же, как я чувствую, вопрос с моим обучением у Зенченко, по всей видимости, можно считать решённым.

Чистота – залог здоровья

Лишний вес – это загрязнение организма. Чистота и баланс в организме является простой и естественной гарантией стройности. Чтобы очистить организм и запустить процессы обновления и перестройки обмена веществ, прекрасно подойдут традиционные йоговские методы очищения – шаткармы. «Шаткармы» в переводе с санскрита означает шесть практик. Это простые и доступные способы чистки внутренних органов — дыхательной системы, желудка, кишечника.

«Мы склонны привязываться. Нам очень сложно отдать, что бы то ни было, в том числе лишний вес, — рассказываетЮлия Солдатенко, — Шаткармы приучают нас отдавать – это первое условие для успешного «создания» новой фигуры, изменения привычек организма. С наступлением первых теплых деньков прекрасно сделать шанк-пракшалану. Также очень полезно один день в неделю сделать разгрузочным, поголодать».

Для тех, кто не занимается йогой и далек от таких процедур, но следит за здоровьем – хорошо попить медовую водичку по утрам. Чайная ложка меда растворенного в воде натощак открывает желчные протоки, активизирует работу печени, способствует выведению токсинов из организма.

Есть или не есть

Отдельно нужно сказать о диетах. К сожалению, подавляющее большинство популярных диет способствуют ослаблению организма и главное — разбалансируют его.

«Популярные белковые диеты действительно эффективны, но очень истощают организм и способствуют накоплению вредных веществ, — подчёркивает йога инструктор, — стройное тело – это, в первую очередь, здоровый и чистый организм. Поэтому я советую не подменять понятия и не терять лишние килограммы вместе с энергией и здоровьем».

Также Юлия не рекомендует полностью отказываться от хлеба и хлебобулочных изделий: «Все знают, что от мучного поправляешься. Но, убирая из рациона сладости и булочки, обязательно оставьте на своем столе бездрожжевой хлеб, крупы, бобовые. Лучше исключить макароны (даже из твердых сортов пшеницы) и заменить их хлебом из цельнозерновой муки. Цельнозерновая мука сохраняет до 90% полезных веществ зерна.

Из зерна мы получаем энергию, которая так необходима в весеннее время».

Также Юлия не рекомендует употреблять картофель — после нового года в нем не остается практически никаких полезных веществ, более того, накапливаются вредные вещества.

Немного химии

Также Юлия подчеркивает – очень важно поддержать кислотно-щелочной баланс в организме. Мучные изделия «закисляют» кровь и тело защищается от кислоты набором лишних сантиметров. Важно не только количество пищи, но и ее качество. Вы можете съедать одну маленькую котлетку и одну крохотную печенюшку в день, но не терять вес.

Для похудения употребляйте больше ощелачивающих продуктов – зелень, овощи. Разделяйте белки и углеводы – отдельно белок с овощами, в другой прием пищи – отдельно углеводы с овощами. То есть один прием пищи употребляйте крупы или бобовые с овощами, другой – мясо (если едите мясо), рыбу, сыр с овощами.

Фрукты употребляйте отдельно и не смешивайте с другими продуктами. Фруктоза,  плохо сочетается с другими продуктами. Более того, фрукты, съеденные после основного приема пищи, способствуют нарушению пищеварения и способствует процессам гниения.

Любовь к себе

«Если вы решили обрести новую фигуру – полюбите себя и уважайте свое тело. Нельзя держать организм в полуголодном состоянии, в состоянии насилия, если хочется есть – надо поесть. Когда организму дают есть мало, он и отдает мало, — подчеркивает Юлия Солдатенко, — в состоянии стресса, «атакуя» собственное тело успешно похудеть и сохранить стройную фигуру не получится. Организм должен быть спокоен и вам должно быть комфортно в новом режиме питания.

Чтобы быть стройным нужно поменять взгляд на отношение к себе — что я делаю, что я ем, как я помогаю организму быть чистым. Чистота — это стройность.

Все диеты — это напрасные усилия. Это разбалансировка организма, утрата гармонии, которую мы ищем на коврике, занимаясь йогой. Должна быть пересмотрена система питания в целом и система отношения к себе.

Стройность — это еще и внутренняя чистота, эмоции, соблюдение определенных этических принципов. Ведь наше тело – отражение наших мыслей. Если поддерживать себя в чистоте, то и не нужно будет задумываться о том, как сбросить вес. Чем стабильнее наше состояние, тем стабильнее будет наш вес.

Будьте прекрасны!

Материал подготовила – Даша Ролина.